armor.kiev.ua / Tanks / BeforeWWII / BT / BT7 / 2
 

Колёсно-гусеничный танк БТ-7

М. В. Павлов, И. В. Павлов, И. Г. Желтов

(Танки БТ. Часть 3. «Колёсно-гусеничный танк БТ-7». — М.: Экспринт, 1999. — (Армада. № 17))

 

История создания | Общее устройство | Опытные и экспериментальные образцы | Эксплуатация в войсках

ЭКСПЛУАТАЦИЯ ТАНКОВ БТ-7 В ВОЙСКАХ

Первым новыми танками летом 1935 г. был укомплектован механизированный корпус имени К.Б.Калиновского. По мере увеличения выпуска БТ-7, они стали поступать на вооружение других механизированных корпусов и отдельных бригад, заменяя танки БТ-2 и БТ-5. За достаточно короткий срок эксплуатации новые танки заслужили высокую оценку в войсках. Машины обладали более высокой эксплуатационной надежностью и представляли собой достаточно отработанную конструкцию, в которой производственники постарались устранить все недостатки, обнаруженные в ходе эксплуатации танков БТ-2 и БТ-5.

Наряду с войсковой эксплуатацией, танк БТ-7 в ходе производства неоднократно подвергался испытаниям на НИИБТ полигоне РККА в подмосковной Кубинке. Одновременно с выявлением слабых мест на танках испытывались различные новые приборы. Так, на НИИБТ полигоне в 1937 г. на танке БТ-7 были испытаны и рекомендованы к серийному производству прожекторные фары для ведения стрельбы ночью, проводились испытания противопожарного оборудования. Испытателем полигона капитаном Е.А.Кульчицким была отработана методика прыжков на новом танке. В 1939-1940 гг. на БТ-7 впервые прошли испытания отечественных инфракрасных приборов ночного видения, получивших наименования «Шип» и «Дудка».

Единственным дефектом всех машин серии БТ, который так и не был устранен за все годы их производства, был малый срок службы резиновых бандажей опорных катков. Но это был чисто технологический дефект. Ярославский завод резинотехнических изделий не мог обеспечить необходимого ресурса резины из-за ее «двойного» использования при колесно-гусеничном движителе машины. Поэтому при дальнейшем увеличении массы машины в ходе серийного производства, а впоследствии и при установке дизеля, было рекомендовано использовать БТ-7 в войсках только в чисто гусеничном варианте.

Высокие боевые и технические характеристики новых танков значительно расширяли боевые возможности механизированных частей и соединений. Имея на вооружении такие машины, автобронетанковые войска могли прорывать оборону противника, стремительно преследовать его, окружать и уничтожать вражеские группировки, удерживать захваченные рубежи до подхода главных сил наступающих армий, наносить контрудары по наступающему противнику, прикрывать отход своих сил.

Новые возможности проверялись, отрабатывались и развивались в ходе учений и маневров. Наиболее крупными и показательными были маневры, проведенные в сентябре 1935 г. в Киевском военном округе. В них приняло участие свыше 1000 танков. В ходе маневров изучались и осваивались способы действий танков при прорыве обороны «противника», а также применение механизированных соединений во взаимодействии с конницей и воздушными десантами для действий в оперативной глубине.

Присутствовавшие на учениях иностранные военные специалисты были вынуждены признать ведущую роль РККА в развитии и массовом применении наиболее передовых маневренных сил: танков, авиации, воздушных десантов, в овладении новыми сложными формами вооруженной борьбы.

Свое первое боевое крещение танки БТ-7 получили в ходе вооруженного конфликта в районе озера Хасан в августе 1938 г. Вторая механизированная бригада (мбр), на вооружении разведывательного батальона которой состояли танки БТ-7, участвовала в разгроме японской группировки у сопки Заозерная. По прибытии в район боевых действий 2-я мбр получила задачу поддержать атаку 40-й стрелковой дивизии (сд). Разведывательному батальону была поставлена боевая задача по прорыву переднего края обороны, уничтожению огневых точек и объектов тыла японских войск в районе северо-западного склона сопок Богомольная и Заозерная. Однако, начавшаяся днем 6 августа 1938 г. атака, в которой участвовало 16 БТ-7, закончилась неудачно. Танки бригады, преодолев на большой скорости без потерь зону артогня японцев, попали в болото, потеряв застрявшими 14 машин. После безуспешной попытки вытащить машины из трясины, экипажи были вынуждены перейти к круговой обороне, чтобы не допустить их захвата японцами. Основную тяжесть боев у озера Хасан вынесли танки БТ-5 (см. «Танки БТ», часть 2).

Наиболее удачным было боевое применение танков БТ-7 в боях на реке Халхин- Гол. В мае 1939 г. японские войска вторглись в пределы Монгольской Народной Республики (МНР) в районе реки Халхин-Гол. СССР и МНР, имевшие договор о взаимной помощи, дали японским захватчикам сокрушительный отпор. В боевых действиях против японских войск в составе 57-го Особого стрелкового корпуса, впоследствии преобразованного в 1-ю армейскую группу, приняли участие две отдельные легкотанковые бригады (олтбр): 6-я под командованием полковника М.И.Павелкина и 11-я под командованием комбрига М.П.Яковлева. Бригады имели на вооружении танки БТ-5 и БТ-7. К началу конфликта они находились на территории Забайкальского военного округа на значительном удалении от района боевых действий. Переброска частей началась 28 мая 1939 г. Первой в район боевых действий вышла 11-я олтбр. В начале июля в район вооруженного конфликта началась переброска 6-й олтбр, полностью укомплектованной танками БТ-7. За 55 ходовых часов бригада совершила марш от ст. Борзя к границе МНР и далее через Баин-Тумен и Тамцак-Булак к западному берегу реки Халхин-Гол, пройдя всего за 6 суток на гусеничном ходу около 800 км. По прибытии к месту боевых действий 6-я олтбр была оставлена в резерве, за исключением входивших в их состав стрелково-пулеметных батальонов (спб). После разгрома японских войск в Баин-Цаганском сражении 6-я олтбр была включена в состав Южной группы, в боевую задачу которой входил охват группировки японских войск с фланга с последующим выходом к ним в тыл.

В ночь с 18 на 19 августа по наведенным саперами понтонным переправам началось выдвижение советских стрелковых и танковых частей на восточный берег реки Халхин-Гол. Наведенный саперами понтонный мост не мог выдержать тяжести танков, вследствие чего, было принято решение о форсировании танками реки вброд. Поскольку глубина брода достигала полутора метров, танкисты использовали подручный материал, изготовили удлиняющие насадки на выхлопные трубы машин, выведя их выше уровня воды. Все люки и всевозможные щели корпусов и башен танков были уплотнены брезентом и промазаны солидолом. В темное время суток провели пробные погружения танков и сделали промеры глубины реки, проверили дно, в береговых откосах сделали спуски к воде. Поперек реки натянули стальной трос для указания направления движения.

В ночь на 20 августа 1939 г. бригада приступила к форсированию реки, и танки с выключенными фарами медленно двинулись через реку, погружаясь в воду по основания башен. На рассвете появилась авиация противника и стала бомбить места переправ. Форсирование реки затянулось на весь день, но несмотря на воздействие противника, танки благополучно преодолели преграду и на следующий день бригада вступила в бой.

Действуя на правом фланге 1-й армейской группы в первом эшелоне совместно со стрелковым полком и монгольским конным дивизионом, 6-я олтбр в составе 3-х батальонов (4-й батальон действовал в составе 9-й мотобронебригады) прорвалась в глубину обороны противника и, маневрируя, начала штурмовать его опорные пункты с тыла. За период боев с 21 по 23 августа 6-я олтбр потеряла 15 танков сгоревшими и 20 подбитыми, уничтожив до двух пехотных батальонов противника. Аналогичную боевую задачу на левом фланге в составе Северной группы выполняли два танковых батальона 11-й олтбр.

В период с 24 по 27 августа 6-я олтбр участвовала в боях совместно с 80-м стрелковым полком (сп), прикрывая Южную группу наших войск с востока. В ходе проведения контратаки противник допустил ряд тактических просчетов, оставив свои фланги открытыми. Это обстоятельство дало возможность широкого маневра для наших танков, которые с флангов расстреливали наступающих, не переходя в атаку. За двое суток боев противник понес большие потери и вынужден был перейти к обороне.

26 августа наши войска атаковали японцев с флангов силами одного стрелкового батальона, трех танковых и двух стрелковых рот. Противнику был нанесен большой урон, но он упорно сопротивлялся. Потеряв 2 танка сгоревшими и 6 подбитыми, наши части отошли на исходные позиции.

Основные потери советские танковые части несли от огня вражеской артиллерии и, в частности, от 37-мм противотанковых пушек и 70-мм батальонных гаубиц обр. 1932 г. Тем не менее, в ходе боев все подбитые и аварийные танки эвакуировались линейными танками на сборные пункты аварийных машин танковых батальонов, где производился их ремонт, в основном агрегатным способом. Для эвакуации подбитых машин в каждой роте выделялись два танка, которые, двигаясь за их боевыми порядками вели бой, а когда представлялся удобный момент, производили эвакуацию поврежденных машин. Только в одной 6-й олтбр за период с 21 по 30 августа было восстановлено 49 подбитых танков. За доблесть и мужество, проявленные личным составом в боях на Халхин-Голе, 6-я олтбр была награждена орденом Боевого Красного Знамени.

Восполнение потерь бронетанковой техники осуществлялось за счет перегона танков (обычно колоннами, численностью до батальона) с окружного склада бронетанковой техники в г.Улан-Удэ до ст. Борзя и далее — по территории МНР через Баин-Тумен. В Улан-Удэ танки прибывали эшелонами по 80-90 машин из европейской части СССР, начиная с первых чисел июня 1939 г.

Потери советско-монгольских войск в танках резко сократились в августе 1939 г. в ходе общего контрнаступления за счет применения нового тактического приема: на флангах атакующих танковых подразделений скачками передвигались две и более батареи орудий полевой артиллерии (76,2-мм пушки на мехтяге), одна из которых вела огонь, другая в это время производила выдвижение. Батареи вели огонь прямой наводкой по противотанковым орудиям противника. В ходе боев выявились и недостатки в подготовке личного состава, в управлении подразделениями и частями в бою. Командный и рядовой состав недостаточно хорошо знал перископический прицел и почти им не пользовался. Кроме того, башенные стрелки слабо знали устройство танковой пушки и не могли быстро устранять мелкие неисправности. Крупные недочеты были допущены в организации взаимодействия между танками и пехотой. Времени на организацию взаимодействия между частями и соединениями часто не отводилось и нередко танкистам приходилось уяснять задачи уже в ходе боя.

Оценивая действия советских танкистов в боях на Халхин-Голе, Г.К.Жуков в мае 1940 г. на приеме у И.В.Сталина по случаю назначения его на должность командующего Киевским особым военным округом и присвоения воинского звания генерала армии подчеркнул: «Очень хорошо дрались танковые бригады, особенно 11-я, возглавляемая комбригом Героем Советского Союза М.П.Яковлевым. Но танки БТ-5 и БТ-7 слишком огнеопасны. Если бы в моем распоряжении не было бы двух танковых и трех мотоброневых бригад, мы, безусловно, не смогли бы так быстро окружить и разгромить 6-ю японскую армию». О героизме и силе духа советских танкистов, воевавших в степях Монголии, прекрасные строки написал поэт Константин Симонов:

Когда бы монумент велели мне
Воздвигнуть всем погибшим здесь в пустыне,
Я б на гранитной тесаной стене
Поставил танк с глазницами пустыми.

Обеспечивая безопасность своих дальневосточных границ, Советское правительство одновременно принимало необходимые меры по укреплению западных границ СССР против возможной германской агрессии. 1 сентября 1939 г. началась вторая мировая война. Немецко-фашиские войска в короткий срок нанесли поражение Польше, а затем, перейдя весной в наступлении против англо-французских армий, оккупировали Бельгию, Голландию и большую часть Франции. Этой же участи подверглись Дания и Норвегия.

В связи с поражением Польши, над населением западных областей Украины и Белоруссии, отторгнутых от России в 1920 г., серьезно нависла угроза немецкой оккупации. 17 сентября по приказу Советского правительства наши войска перешли советско-польскую границу. Освободительные действия Красной Армии начались в условиях, когда немецкие войска, выйдя к границам Западной Украины и Белоруссии, в ряде мест уже переправились через реки Западный Буг и Сан, намереваясь продолжить свое шествие на восток. В этой обстановке от наших войск требовались высокая мобильность и решительность. В начавшемся освободительном походе наиболее ярко проявились прекрасные динамические качества танков БТ-7.

В состав образованных Белорусского и Украинского фронтов вошли два танковых корпуса и три бригады, укомплектованные танками БТ-7 — всего 1617 машин. Для обеспечения высоких темпов продвижения во фронтах и армиях были созданы подвижные группы, основу которых составляли танковые соединения.

На Белорусском фронте в качестве передовых отрядов подвижных групп использовались 6, 22, 25, 29 и 32-я танковые бригады (тбр). Наиболее мощной из подвижных групп фронта была Дзержинская конно-механизированная группа (КМГ) под командованием комкора Н.В.Болдина. В состав группы входили 15-й танковый корпус (2 и 27-я лтбр, 20-я мсбр), 21-я танковая бригада, а также кавалерийские (6-й кк — 6, 4 и 11-я кд) и стрелковые соединения (5-й ск — 5-я и 13-я сд).

17 сентября 1939 г. в 5 часов утра соединения 15-го тк (27-я лтбр под командованием полковника И.Ющука в составе 223 танков БТ-7 и 31 бронеавтомобиля, 2-я лтбр под командованием комбрига А.Куркина в составе 234 танка БТ-7 и 30 бронеавтомобилей, 20-я мсбр под командованием полковника Бордникова в составе 61 бронеавтомобиля) перейдя государственную границу, сломили сопротивление польских пограничников и стали стремительно продвигаться вперед, не встречая сопротивления.

20 сентября к часу дня 27-я лтбр в составе 50 танков подошла к южной окраине г.Гродно. К исходу дня к городу подошли мотоотряд 4-й сд и батальоны 20-й мсбр. Подготовленную к обороне северную часть города по реке Неман обороняли польские офицерские, жандармские отряды и добровольцы из различных частей общей численностью до 3000 человек. Мосты через Неман были разобраны. Первым на штурм Гродно пошел разведывательный батальон 27-й лтбр в составе 12 танков и одного бронеавтомобиля. Несколько позже к нему присоединились 1-й тб в составе 17 танков и 2-й тб — 19 танков. К 7 часам вечера к городу подошли два батальона 119-го сп, а к утру 21 сентября — два батальона 101-го сп и мотоотряд 16-го ск. К концу дня 20.09. была захвачена южная часть города. В течение следующего дня основное сопротивление в Гродно было сломлено, крупные очаги сопротивления подавлены. Остатки разбитых польских войск в течение ночи отошли в направлении Сопоцкин — Сувалки. На следующий день Гродно был окончательно очищен от польских войск. Потери 27-й лтбр в танках в боях за Гродно составили 2 сгоревших и 12 подбитых танков БТ-7. В ходе боев за Гродно в течение с 20 по 21 сентября было взято в плен 58 офицеров и унтер-офицеров, 1477 рядовых противника, а также большое количество стрелкового вооружения, 1 миномет и 1 зенитное орудие.

Для разгрома остатков польских войск в Августовских лесах из состава 2-й лтбр был выделен отряд под командованием майора Чувакина в составе 37 танков спб и 8 танков, приданных КМГ.

22 сентября в районе Сопоцкина отряд вступил в бой с частями 102-го и 101-го кп противника, а также остатками уланского полка Домбровского и 13-го и 10-го пп, отходивших из Гродно. Противник активных действий не предпринимал, а отходил, минируя дороги и оставляя отряды прикрытия. В ходе преследования отряд потерял 4 танка БТ-7, подорвавшиеся на минах. После боя у Сопоцкина отряд выступил на Сейны и к часу ночи 23.09. подошел к Августовскому каналу у г. Вулька, где был остановлен противником, оборонявшим левый берег. Мост через канал был сожжен. В 6 часов утра переправившаяся вброд рота танков, разгромила противника, заставив его отступить.

23 сентября 20-я мсбр была выведена к Даброву, где ликвидировала остатки польских частей, пытавшихся уйти в Августовские леса.

6-я лтбр под командованием полковника Болотникова в составе 248 танков БТ-7, перейдя границу близ Ракова, наступала в направлении г.Вильно. К вечеру 18 сентября она вышла на южную окраину города и с ходу начала штурм. К 11 часам утра бригада заняла Вильно и удерживала подступы к городу до подхода 24-й кд. Во время уличных боев для подавления пулеметных гнезд противника на крышах и чердаках домов успешно использовались артиллерийские танки БТ-7А.

На Украинском фронте в качестве армейских подвижных отрядов использовались 10, 24, 25, 36 и 38-я тбр. Кроме того, была создана фронтовая КМГ в составе 25-го тк, 23-й и 26-й лтбр и кавалерийских соединений ( 5-й и 13-й кк).

Основная ударная сила фронтовой КМГ — 25-й тк под командованием полковника И.Яркина в составе 4, 5-й лтбр и 1-й мспбр, преодолев 17 сентября три водных преграды — реки Жванчик, Збруч и Серет, совершил 60-км марш и к исходу дня с боем овладел Чорткувом и Жидкувом. На следующий день 5-я лтбр под командованием полковника М.Катукова в составе 180 танков БТ-7, 7 БХМ Т-26, 20 бронеавтомобилей и 1-я мспбр под командованием майора Есина в составе 10 БХМ Т-26, 33 бронеавтомобилей и 18 тягачей Т-20 «Комсомолец» с боем взяли г.Бучач, захватив 8 самолетов противника. В ходе боевых действий, всего за один день боев, разведывательный батальон 5-й лтбр, имея на вооружении 15 танков и 13 бронеавтомобилей, уничтожил 1 танк, 1 ПТО, 9 автомашин, уничтожил и взял в плен до 2300 человек.

4-я лтбр под командованием полковника Поликарпова в составе 251 танка БТ-7, 10 БХМ Т-26 и 21 бронеавтомобиля в районе Белавинце взяла в плен полк противника, а в бою под Доброводами пленила несколько сот солдат, 48 офицеров, захватив 1 танкетку ТК-3. К исходу дня бригада овладела г.Черемховом.

1-я мспбр к 6 часам вечера того же дня с боем заняла Монастыриска, разгромив и взяв в плен личный состав 54-го пп, штаб 12-й пд и 8-го отдельного Познаньского мотоотряда, всего до 5000 человек (из них 172 офицера).

К исходу дня 25-й тк вышел на линию Подгайцы — Горожанка, а его передовые части (5-я лтбр) достигли восточной окраины г.Галич. В ходе преследования отходящего противника разведывательный батальон 5-й лтбр достиг Г.Станислав. На рассвете части 5-й лтбр молниеносной атакой захватили Галич и переправы через реку Днестр, подготовленные противником к взрыву. В ходе боя было взято в плен до 500 офицеров и 2000 солдат, 6 орудий и 1 зенитная батарея с 5 орудиями. Передовой батальон 5-й лтбр захватил до батальона пехоты в районе Завадки (35 км западнее Галича), а действовавшая правее 1-я мспбр, овладев Свистельниками, захватила в плен до 500 солдат и офицеров противника. Таким образом, пройдя за один день 65 км, 25-й тк выполнил задачу, поставленную командованием Южной группы войск.

20 сентября корпус получил боевую задачу — овладеть г. Стрый. К 16.00 части корпуса вышли к городу, где встретились с немецкими войсками и были остановлены приказом НКО СССР. На следующий день, выполняя приказ командования Южной группы войск, 25-й тк совершил 25-км марш в район Журавино для проведения контрудара по Львовской группировке польской армии, но в ночь с 22 на 23 сентября своим ходом был переброшен в район Комарно через Стрый. Встретившись в районе Комарно со 2-й горнострелковой дивизией немецкой армии, корпус свое продвижение приостановил. В период с 16 по 23 сентября корпус неоднократно совершал марши, пройдя в общей сложности около 450 км. В ходе боевых действий корпусом с боем были взяты города Чорткув, Бучач, Монастыриска, Галич, Бурштын, Большовце. Было пленено до 1100 офицеров и до 12000 солдат, в качестве трофеев взято: 10000 винтовок, 150 пулеметов, 20 орудий, около 3000 автомашин и 12 самолетов. Корпус потерял 8 человек убитыми, 24 — ранеными, 6 автомашин и 1 трактор «Комсомолец» из 1-й мспбр.

23-я лтбр под командованием полковника Т.Мишанина в 5 часов утра 17 сентября, имея в своем составе 206 танков БТ-7, 3 танка БТ-7А, 8 БХМ Т-26, 5 бронеавтомобилей, форсировала реку Збруч и начала движение в направлении на Борщев — Коломыя. Не испытывая сопротивления противника, бригада, совершив 110-км марш, вышла в район Городенки, форсировав реку Днестр вброд. На следующий день бригада продолжала выполнение боевой задачи и вошла в Коломыю, преодолевая заграждения — рвы и стенки, сложенные из бревен. За время похода бригада уничтожила 6 самолетов, разоружила части 25 и 24-й пехотных дивизий, общей численностью до 10 тыс. солдат и 500 офицеров, пять железнодорожных эшелонов с войсками противника, двигавшихся к румынской границе.

Ночью 19 сентября бригада получила задачу захватить Станислав. На маршруте Коломыя — Станислав противник использовал различные заграждения — завалы, в укрепрайоне Сороки — минирование и перекапывание дорог. К двум часам дня бригада захватила город, а к 15.00 — мосты через реку Днестр, пройдя за день 120 км На участке Станислав- Галич бригада уничтожила взвод танков, до эскадрона конницы и до батальона пехоты 12-й пд. 20 сентября, совершив 140-км марш, бригада вышла к переправам через реку Стрый, уже захваченным немцами. Спустя три дня, совершив марш в чрезвычайно тяжелых условиях по отрогам Карпатских гор, танковые батальоны вышли к Сходнице и Бориславу, который был занят немцами. На следующий день, после переговоров с немцами, танки бригады вошли в Борислав. Боевые действия бригада завершила 27 сентября, сосредоточившись в г.Стрый.

В ходе боев за г. Львов танковые части РККА столкнулись с немецкими частями. 24-я лтбр под командованием полковника П.Фотченкова, имея в своем составе 205 танков БТ-7, 8 БХМ Т-26 и 28 бронеавтомобилей, находилась в 1-м эшелоне 2-го кк. Командарм О.Городовиков отдал бригаде приказ — к 2.00 19 сентября захватить г.Львов. 80 танков БТ-7 под личным командованием полковника П.Фотченкова в 19.30 18 сентября выступили на Львов, разоружая по пути сопротивлявшиеся польские части под Езерней, Зборовом и Злочевом. Совершив 145-км ночной марш, 19 сентября в 2.00 танки бригады ворвались во Львов, разрушив 2 баррикады и уничтожив 2 ПТО, вышли в центр города, после чего был получен приказ О.Городовикова об отводе бригады в район Злочева. Не уяснив приказа командования, комбриг 24-й лтбр решил блокировать город танками. В самом городе был оставлен разведывательный батальон, а остальные части к 6.00 были выведены в район Винник. В 8.30, окружавшие Львов немецкие части 2-й горнострелковой дивизии, предприняли неожиданную атаку города с юга. Разведбатальон, оставленный в городе, оказался между немцами и поляками. Немцы, приняв советские танки за польские, открыли по ним артиллерийский огонь, поляки также открыли огонь по советским танкам. Выброшенные танкистами белые флаги, не остановили огня с двух сторон, и тогда танкисты открыли ответный огонь. В результате боя бригада потеряла 4 подбитыми и 2 сгоревшими БА-10 и один танк БТ-7, 3 человека были убиты и 4 ранены. Немцы в этом бою потеряли 3 противотакковых орудия, 2-х офицеров и 1 унтер-офицера убитыми и 9 солдат ранеными. В течение 19 и 20 сентября командованием велись переговоры с немцами о выводе их войск из Львова, что было ими выполнено 20 сентября.

После приведения в порядок материальной части и отдыха личного состава, бригада в составе 185 танков, действуя в первом эшелоне 2-го кк 22 сентября в 15.00 вошла в город. Поляки встретили колонну бригады огнем ПТО из-за баррикад. Ответным огнем из танков ПТО противника были выведены из строя, а баррикады разрушены. В течение ночи части корпуса производили разоружение солдат и офицеров Львовского гарнизона. После взятия города 28 сентября бригада была передислоцирована в район Цеханува для проведения занятий с личным составом и сбора трофеев в радиусе 25 км. 5 октября бригада была переведена обратно во Львов на место постоянной дислокации. За время боевых действий бригада взяла в плен около 2000 офицеров и 40000 солдат, а также два бронеавтомобиля противника. Потери бригады от огня противника составили: 2 танка БТ-7, 2 бронеавтомобиля БА-10, 8 человек убитыми, 17 — ранеными и 5 — пропавшими безвести.

Более тяжелые бои пришлось вести танкистам во время советско-финляндской войны зимой 1939-1940 гг. Участвовавшие в ней танки БТ-7 были в основном сосредоточены в 10-м тк (1-я и 13-я лтбр, 15-я спбр), 34-й лтбр и разведывательном батальоне 20-й тбр.

В первые дни «зимней войны» командование 7-й армии пыталось использовать 20-ю тбр и 10-й тк для форсированного передвижения вперед и быстрого разгрома финнов без взаимодействия с пехотой. 1 декабря 1939 г. на правом фланге был введен в бой 10-й тк с задачей: внезапным броском захватить переправы через реку Вуокси и, оставив заслон, повернуть на запад. Затем, соединившись с 20-й тбр, наступавшей в центре, окружить и уничтожить финские войска в восточной части Карельского перешейка. К началу войны 10-й тк имел хорошо подготовленный к боям личный состав, но его материальная часть была сильно изношена в результате совершенных своим ходом маршей на эстонскую и латвийскую границы в сентябре — октябре этого же года, а затем и на Карельский перешеек, общая протяженность которых составила около 300 км.

Корпус действовал побригадно, танковые бригады усиливались стрелково-пулеметными батальонами. 13-я лтбр под командованием комбрига Баранова была введена в бой в составе 10-го тк 1 декабря 1939 года в направлении Коросары — Кивиниеми. Она имела в своем составе 6, 9, 13, 15-й тб, 205-й разведбатальон, 8-ю роту боевого обеспечения, 158-й спб с общей численностью танков БТ-7 — 256 машин. В первый день боевых действий, преодолев до пяти противотанковых рубежей, части подошли к Кивиниеми и получили задачу отрезать противнику пути отхода. 2 декабря после артподготовки пехота совместно с 9-м тб овладела Рииколи и подошла к Суупорку, где была остановлена пулеметным огнем противника, а танки — противотанковыми надолбами и рвом. Попытка преодолеть противотанковые препятствия с ходу не увенчалась успехом. К утру 3 декабря в них проделали проходы и после артподготовки 13-й тб, 205-й рб и 158-й спб захватили Суупорку, а к исходу дня вышли к Раута. 4 декабря 15-й тб вышел к Суокас, за которым уперся в противотанковый ров. При попытке преодолеть его, один танк батальона подорвался на мине, а два были подбиты и сожжены огнем противотанковых орудий. За время продвижения к Кивиниеми бригада преодолела 7 противотанковых рвов и 17 рядов надолб. К 15 декабря корпус вышел к переправам, уничтожив противника, однако мосты через реку Вуокси были взорваны, а финны встретили 1-ю и 13-ю лтбр огнем с главной полосы обороны. При действии в развитой полосе заграждений противника, частям корпуса пришлось преодолеть до 10 рвов и эскарпов и до 20 линий надолбов, что значительно снизило общий темп наступления. Момент внезапности был утерян и задуманного броска танков по финским тылам не получилось. 16 декабря 1939 г. корпус был выведен в армейский резерв.

5 декабря 1939 г. части Красной Армии преодолели полосу заграждений и вышли к главной оборонительной полосе финнов — «линии Маннергейма» на всем ее протяжении. В результате проведенных боевых операций командование РККА убедилось, что самостоятельное применение крупных танковых формирований в условиях театра боевых действий на Карельском перешейке невозможно и корпус был расформирован.

16 декабря, после нескольких маршей, 13-я бригада сосредоточилась в районе Пейнола — Сувтоя. На следующий день она получила приказ о наступлении совместно с 123-й сд. Ей предписывалось войти в прорыв и продвигаться в направлении Ляхде, Кямяря с овладением Тали. На следующий день подразделения 9-го, а за ним 6-го и 13-го тб достигли противотанковых надолб у высоты 65,5, но преодолеть их с ходу не смогли. Бригада отошла на исходные позиции, где в середине следующего дня подверглась сильному артобстрелу, в результате которого были сожжены 2 и подбиты 8 танков. После этих событий бригада была рассредоточена, а 21 декабря выведена из зоны обстрела в тыл, в район Бобошино. Здесь с 23 декабря 1939 г. по 13 февраля 1940 г. в батальонах проводилась усиленная боевая подготовка. Кроме того, силами войсковых ремонтных мастерских для повышения проходимости танков БТ-7 в зимних условиях были изготовлены специальные шпоры для гусениц машин. Экипажами танков была опробована стрельба по надолбам, в результате которой выяснилось, что 45-мм снаряд разбивает их полностью. С этого момента началась подготовка экипажей по уничтожению встречающихся на пути надолб. Этот опыт в дальнейшем с успехом применялся в боевой обстановке.

К концу декабря система обороны противника на высоте 65,5 была вскрыта почти полностью. Она состояла из трех артиллерийско-пулеметных ДОТов, окруженных бронеколпаками с пушечно-пулеметным вооружением и ДЗОТами, подступы к которым были хорошо пристреляны пулеметно-оружейным огнем и снайперами. Все эти огневые точки находились в тесной огневой связи и поддерживались извне полевой артиллерией. Всего в полосе наступления 123-й сд были разведаны три опорных пункта с 10-ю из 12 ДОТов и 18-ю из 39 ДЗОТов. В январе началась подготовка к решительному штурму «линии Маннергейма». 11 февраля 1940 г. был осуществлен прорыв главной полосы обороны. На участок прорыва были немедленно переброшены все танки 20-й тбр (Т-28) и с их помощью прорыв был расширен и углублен. С 13 февраля в расширении прорыва участвовала 13-я лтбр.

К 15 февраля главная оборонительная полоса была прорвана на всем ее протяжении. В дальнейшем бригада продолжала участвовать в боях вплоть до прекращения войны, действуя то в полном составе, то побатальонно.

Командование Северо-Западного фронта приняло решение об использовании танков в составе временных подвижных групп для развития успеха в общем направлении на Выборг. К 14 февраля были сформированы три таких группы. Первая под командованием комбрига Вершинина в составе одного батальона 13-й лтбр и одного спб получила задачу по овладению станцией Лейпясуо. Испытывая сильное противодействие противника, группа к 17 февраля поставленную задачу выполнила. К концу операции из 46 танков в группе осталось только 7 боеспособных машин.

Вторая группа под командованием полковника Баранова в составе 13 лтбр (без одного тб) и 15-я спбр (без одного спб), имея 46 танков, получила задачу овладеть станцией Кямяря с целью развития успеха 123-й сд. 15-й тб и 158-й спб вели бои с отходящими частями противника в 1,5 км севернее высоты 65,5. Финны отступали, неся большие потери. К исходу дня 13-я лтбр сосредоточилась в районе Ляхде. Ночью были проделаны проходы в заграждениях, а утром батальоны при поддержке танков пошли в атаку. Сопротивление противника было сломлено. 15-й тб вместе с 158-м спб первыми ворвались в Ляхде. В течение дня 15-й тб потерял 6 танков, 2 из которых подорвались на минах, а 4 подбила артиллерия, 5 танков застряло в болоте. В ходе боя за Ляхде было уничтожено до батальона пехоты противника, 6 ПТО и 13 пулеметов.

Преодолев сопротивление финнов у Ляхде, группа продолжила наступление на станцию Кямяря. Утром 16 февраля в атаку пошли 9-й тб совместно с 15-й спбр, справа от них наступали 15-й тб с 158-й спб при поддержке артиллерийской группы из 10 танков БТ-7А. Батальоны двигались по глубокому снегу. Неожиданный выход танковых батальонов на фланги противника заставил его в панике отступить на север, Кямяря была взята. В боях за Кямяря противник потерял около 800 человек убитыми, до 200 ранеными и 80 пленными. Было захвачено 8 танков Рено РТ-17 без вооружения, уничтожено 12 ПТО, 16 пулеметов и 12 ДЗОТов. Потери в 15-м тб составили: подбито 5 танков, сгорело — 2, подорвались на минах — 2; в 9-м тб — подбит 1 танк.

После захвата станции Кямяря перед 13-й лтбр была поставлена задача по овладению одноименной деревней и перехвату путей отхода противника на Выборг. В течение 17 февраля 9-й тб совместно с 15-й спбр медленно продвигался вперед, но к концу дня наступление было остановлено сильным артогнем противника. Батальон потерял 4 танка сгоревшими и 10 подбитыми. В течение последующих двух дней 13-й и 15-й тб продолжали выполнять поставленную задачу, в ходе которой они преодолели два противотанковых рва и два ряда надолб. Противодействующий противник применял огонь кочующих ПТО и использовал большое количество ДЗОТов. Бригада понесла значительные потери: сгорело 5 танков, подбито — 6 и подорвался на минах — 1. 21-22 февраля бригада вела бой за овладение высотой 45,0, в ходе которого финны силами до батальона неоднократно контратаковали наступающие 13-й и 15-й тб, но каждый раз отступали с большими потерями.

Третья группа под командованием комбрига С.Борзилова в составе 20-й тбр, 1-й тбр и двух стрелковых батальонов с 16 февраля выполняла задачу по разгрому финских войск в районе Випура, отрезая им пути отхода с юго-восточной части перешейка. 17 февраля группа подошла к Кямяря, а на следующий день повела наступление в двух направлениях. Встретив сильное сопротивление финнов и неся большие потери, группа вела бои до 20 февраля, после чего из состава группы в тыл была выведена 1-я тбр, а 20-я тбр продолжала вести боевые действия совместно со 123-й сд.

К 23-25 февраля 1940 г. войска Северо-Западного фронта, преодолев отсечные позиции противника, подошли ко второй оборонительной полосе «линии Маннергейма», которая не имела таких мощных оборонительных сооружений как главная полоса финской обороны. Но не сумев преодолеть ее с ходу, остановились для перегруппировки и подтягивания резервов. После трехдневной передышки, 28 февраля, советские войска начали штурм второй оборонительной полосы, завершив ее прорыв ко 2 марта 1940 г. 28 февраля 1940 года 13-й тб овладел окраиной Пиен-Перо и двинулся на Ликтула. На следующий день батальон занял станцию Перо, финны бежали, в спешке не успев взорвать мост. 9-й и 15-й тб совместно с 348-м сп двигались по маршруту Пиллула—Перо — Суур-Перо — Репола. Движение по заданному маршруту в районе высоты 50,2 было затруднено из-за лесных завалов с фугасами и минных полей. 4 марта 9-й тб вместе с 348-м сп с боем овладел Дюкюля, а на следующий день 15-й тб начал бои за Манникала и Тали. Несмотря на то, что полоса обороны в районе Манникала имела каменные надолбы и проволочные заграждения, а местность по обе стороны дороги была залита водой, она была взята 8 марта. В ходе тяжелых боев за Манникала 15-й тб потерял 6 танков сгоревшими и 2 подбитыми. Репола была взята при активном участии танков 9-го тб 10 марта совместно с частями 348-го сп.

Боевые действия на Карельском перешейке прекратились в соответствии с мирным договором в 12.00 13 марта 1940 г. Танковым войскам принадлежала важная роль в прорыве «линии Маннергейма» Они являлись своеобразным броневым тараном, взламывавшим оборону финнов и действовавшим зачастую без поддержки пехоты и артиллерии. За бевые действия зимой 1939-1940 гг. 13-я лтбр была награждена орденом Боевого Красного Знамени.

К началу Великой Отечественной войны танки БТ-7 входили в состав практически всех вновь сформированных механизированных корпусов. Их количество колебалось от нескольких единиц до нескольких сотен машин. Так, например, на 22 июня 1941 года в 1-й Краснознаменной тд (1-й мк) имелось 176 танков БТ-7, в 3-й тд (1-й мк) — 232, в 13-й тд (5-й мк) — 238, в 17-й тд (5-й мк) — 255, в 14-й тд (7-й мк) — 179, в 28-й тд (12-й мк) — 210 машин.

Несмотря на начавшееся в 1940 г. поступление в РККА новых образцов бронетанковой техники, к 22 июня 1941 г. легкие танки серии БТ все еще составляли значительную часть ее танкового парка. В начальный период войны танки БТ-7 приняли участие в приграничных сражениях и, в частности, в контрударах советских механизированных корпусов. При этом «бетушки» действовали преимущественно против превосходивших их по мощи вооружения и защищенности немецких средних танков Т-Ш и Т- IV. Гораздо реже танкам БТ приходилось сталкиваться с «выступавшими» в равном с ними «весе» трофейными чехословацкими танками 381: и немецкими легкими танками Т-Н. Тем не менее, при грамотном использовании танки БТ-7 могли успешно бороться со средними танками Т-III и даже Т-IV.

Одним из типичных примеров такого удачного применения танков БТ являются боевые действия 28-й тд 12-го мк (дивизия была сформирована в марте 1941 г. в Риге на базе 27-й лтбр), которой командовал полковник И.Черняховский (впоследствии генерал армии, командующий 3-м Белорусским фронтом).

Незадолго до начала войны дивизия (без 28-го мсп, оставшегося в Риге) в составе корпуса выдвинулась из мест постоянной дислокации к госгранице и к 22 июня 1941 г. находилась в районе 20 км севернее Шяуляя. Первое боевое столкновение 28-й тд с танковыми соединениями 41-го мк немцев произошло 23 июня в районе Калтыненяй, юго-западнее Шяуляя. Согласно решению командира 12-го мк генерал-майора танковых войск Н.Шестопалова, 28-я тд и 202-я мед корпуса во взаимодействии с соединениями 3-го мк с утра 23.06.1941 г. наносили удар по вклинившемуся противнику с рубежа Варняй-Ужвентис в направлении Таураге. Совершив форсированный 50-км марш, танковые полки 28-й тд вышли в исходный район для наступления. После заправки горючим части дивизии продолжили марш в ожидании встречного боя, продвигаясь на Калтыненяй. В это время они были обнаружены авиацией противника и подверглись массированному воздействию с ее стороны, в результате которого из строя вышли 10 боевых машин. Одновременно были обнаружены танковые и моторизованные колонны немцев, двигавшиеся вдоль шяуляйского шоссе в направлении Скаудвиле—Расейняй— Калтыненяй. В первой линии шли средние танки Т-IV. Полковник Черняховский, не дожидаясь подхода частей 202-мсд и действуя без своего мотострелкового полка, принял решение атаковать противника одними танками головного 55-го тп: с фронта — 30, а с фланга — 17 машинами. В самом начале боя, при встречном выдвижении танков, немцам удалось сжечь 2 танка БТ-7 и 3 танка Т-26. Сам комдив в это время, находясь непосредственно в боевых порядках, руководил боем из своего командирского БТ-7.

Быстро маневрируя в складках местности и уклоняясь от огня немецких танков, БТ- 7 Черняховского сближался с противником. В перископ башни комдив увидел, как немецкий Т-IV примерно с 800 м зажег танк БТ-7. Развернув башню, командирский танк выстрелил — рикошет. Тогда, зайдя в борт Т-IV, с дистанции 400-500 м БТ-7 Черняховского зажег его. Одновременно БТ-7 сержанта Карло аналогичным образом подбил еще два Т-IV. Черняховский тут же по радио отдал приказ командиру полка майору С.Онищуку: «Перед тобой немецкие Т-IV. Правильно используй местность, подпускай их на 300-400 м и бей в борта! В борта!». Части 28-й тд в этом бою отбросили противника на 5 км и уничтожили 14 танков, 20 орудий и до батальона пехоты противника. Потери полка составили 13 танков. В этом бою геройски погиб замкомандира полка майор Попов, которому посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза.

В бою у местечка Пошили 25 июня 28-я тд наносила удар в направлении Каркленай—Полугуе—Ужвентис и была встречена ураганным огнем противотанковой и полевой артиллерии противника. Часть танков 55-го и 56-го тп прорвались в глубину расположения противника и разгромила выдвигавшуюся колонну мотопехотного полка, уничтожив при этом 3 тяжелых и 14 противотанковых орудий. В результате 4-х часового боя танковые полки 28-й тд уничтожили до 2-х батальонов пехоты и до 2-х батальонов взяли в плен, захватили 6 тяжелых и 24 противотанковых орудия, несколько танков и других единиц боевой техники. В этот день 28-я тд понесла самые большие потери в личном составе и технике. В район сбора не вернулось 84 танка. В бою погибли командир 55-го тп майор С.Онищук, комбаты майор Александров и капитан Иволгин, помощник комдива по технической части подполковник Соболев со своей ремонтной бригадой. Погибла вся 3-я рота 1-го батальона 55-го тп и ее командир лейтенант Мотвиненко. К 15.00 25.06.1941 г. в 28-й тд осталось менее 40 исправных танков. В течение 27 июня 28-й тд занимала оборону на южном берегу реки Мужа. К вечеру того же дня колонна вражеских танков начала обходить правый фланг дивизии. С фронта открыла огонь немецкая артиллерия. В ходе боя танкисты дивизии подбили 6 танков и уничтожили 2 орудия противника. Наши потери составили 8 танков. За период с 22 июня по 7 июля 1941 года боевые потери 28-й тд составили 133 танка, по техническим причинам вышло из строя 68 машин.

В полосе Западного фронта танки БТ-7 в составе 6-го и 11-го мк приняли участие в контрударе советских войск в районе Гродно 22-25.06.1941г. Первой в 11.00. 22 июня с рубежа Дойки—Голынка—Липск в направлении Сопоцкин—Калеты нанесла удар 29-я тд полковника Н.Студ- нева, в составе которой действовало 44 танка БТ. Против частей дивизии действовало до 40 танков Т-III и полк мотопехоты на бронетранспортерах, продвигавшиеся в направлении Сопоцкин-Гродно. Советские танкисты смяли противника и отбросили его к северу от Сопоцкина. Потери немцев составили 21 танк, 34 бронетранспортера и до двух пехотных батальонов. Наши части продвинулись на 7-9 км, выйдя к 14.00 на рубеж Лобны—Огородники. Наступление противника на этом направлении было остановлено. Танкисты 7-й тд генерал-майора танковых войск С.Борзилова, входившей в состав 6-го мк под командованием генерал-майора танковых войск М.Хацкиле- вича, в боях восточнее Белостока—Сокулка — Гродно в период с 23 по 26 июня эффективно применяли смешанные засады танков Т-34 и БТ.

На Юго-Западном фронте танки БТ приняли активное участие в первом встречном танковом сражении Великой Отечественной войны в районе Луцк—Броды—Ровно 23-26.06.1941 г. Большое количество танков БТ к началу войны имелось в соединениях 4-го, 8-го, 15-го и 22-го мк. Хорошо воевали на танках БТ в начале войны танкисты 15-й тд полковника В.Полозкова. Дивизия входила в состав 16-го мк комдива А.Соколова. Танками БТ были укомплектованы вторые батальоны ее танковых полков.

В полосе Южного фронта против немецко-румынских войск успешно действовал 2-й мк, укомплектованный преимущественно танками БТ. В ходе контрудара корпуса 13 июля 1941 г. немецко-румынские войска, накануне форсировавшие реку Прут, смявшие стрелковые части и продвигавшиеся на Сороки, были отброшены на 20 км, после чего, в ночь на 14 июля, корпус организованно отошел за Днестр в район Котовска.

В середине августа 1941 г. в боях за Новгород полковник И.Черняховский успешно применял метод танковых засад. Так, в бою 15 августа, расположив на обратных скатах холмов свой последний резерв — 5 танков БТ-7, который комдив 28-й, по его словам, держал «для эмблемы», Черняховский в критический момент вывел танки на гребни высот. Менее, чем за 10 минут танкисты подбили 2 немецких танка и обратили в бегство пехоту противника.

Основными причинами неоправданно больших потерь РККА в танках вообще, и в легких танках БТ в частности, в ходе приграничных сражений лета 1941 г. являлась низкая техническая готовность и тактически неграмотное использование танков, а также отсутствие отлаженной системы эвакуации и ремонта поврежденных машин.

В приграничных округах из танков старых типов 29% нуждались в капитальном, а 44% — в среднем ремонте. Тем не менее, заявки промышленным наркоматам от округов на запчасти были приняты всего на 31%. Таким образом, исправные танки в приграничных округах составляли не более 27% от их общего количества. При изношенной ходовой части и ограниченном моторесурсе двигателей танки порой были вынуждены совершать изнурительные форсированные марши. Так, протяженность маршрута выдвижения на рубеж нанесения контрудара 6-го, 9-го и 8-го мк , где процент танков БТ был наиболее значительным, составила 90, 200 и 500 км соответственно. И это при том, что межремонтный пробег большинства танков старых типов не превышал 500 км. Поэтому если в 6-м и 9-м мк в контрударе приняло участие от 80 до 90 % танков, то в 8-м мк — всего 50 %.

Материальная часть 2-го мк, также укомплектованного преимущественно танками БТ, выбывала из строя вследствие неоправданно частых перебросок танковых подразделений вдоль фронта 9-й армии с целью ликвидации мелких десантных групп немецко-румынских войск, то там, то здесь форсировавших реку Прут. В результате, к моменту прорыва противника на Сороки значительная часть танков корпуса по техническим причинам была небоеготовой.

Соединениями и частями 15-го мк, значительную часть танкового парка которого составляли танки БТ, в период с 22 июня по 1 августа было пройдено около 1500 км маршей. Корпус не выходил из боев. При этом осмотр и текущий ремонт танков не производился, из-за чего большое количество машин выбывало из строя по техническим причинам. Так в 10-й тд 15-го мк из имевшихся к 22 июня 1941 г. 181 танка БТ выступило в поход по боевой тревоге — 147 машин, потеряно в боях — 54, оставлено при отходе по разным причинам — 46 машин. Причем большинство танков досталось противнику по причине таких технических неисправностей, устранение которых в полевых условиях при наличии организованного ремонта не вызвало бы затруднений.

Потери танков БТ в 8-й тд 4-го мк к 1 июля 1941 г. распределялись следующим образом. Из имевшихся 31 танка БТ подбито в бою — 2, пропало безвести — 1, завязло в болоте — 1, оставлено и уничтожено экипажами — 12, эвакуровано на танкоремонтные заводы — 3, потеряно по другим неустановленным причинам — 1.

Из 125 танков БТ, имевшихся в 7-й тд 6-го мк к началу войны, часть танков была потеряна под ударами авиации противника на марше и при расположении в районе сосредоточения, а также непосредственно на поле боя. Большинство же машин из-за отсутствия ремонтного фонда и горючесмазочных материалов были оставлены на территории занятой противником в районе Белосток-Слоним, и приведены в негодность экипажами.

К лету 1941 г. многие танки БТ находились на консервации в ожидании перевооружения частей на новую технику. Так с убытием 19 июня 1941 г. 1-й тд 1-го мк на Кандалакшское направление, в местах постоянной дислокации дивизии в Пскове на консервации осталось 20 танков БТ-5 и БТ-7. При этом с некоторых из них были сняты коробки передач, аккумуляторы и пулеметы для доукомплектования машин, убывающих в Карелию. Даже относительно укомплектованные танки при запуске двигателя загорались из-за неправильной, несинхронной регулировки карбюраторов. Во избежание воспламенения двигателя техники пилотками закрывали всасывающие коллекторы и таким образом спасали машины. Отрегулировав карбюраторы и установив недостающие агрегаты, к утру вторых суток они перегнали все 20 танков на станцию для отправки в действующую армию.

В период с 5 по 9 июля танки БТ-7 приняли участие в контрударе 5-го и 7-го мк под Сенно и Лепелем. Так, наряду с новыми танками КВ и Т-34 танки БТ-7 имелись на вооружении 27-го и 28-го тп 14-й тд полковника И.Васильева, входившей в состав 7-го мк (вторая тд этого корпуса была укомплектована танками Т-26). Первые батальоны полков были укомплектованы танками новых типов, вторые и третьи — БТ. На период боевых действий 7-му мк были приданы 36-я мед и два отдельных танковых батальона (в каждом по 40 танков БТ-5 и БТ-7). Соединения 7-го мк генерал-майора В.Виноградова с началом войны по железной дороге были переброшены в район Витебска. Туда же были перенацелены и танковые дивизии 5-го мк генерал-майора И.Алексеенко, начавшего в начале июня 1941 г. передислокацию корпуса из Забайкалья (ст.Борзя) в Орловский военный округ и далее на Украину. Корпус был укомплектован на 100% по штатам мирного времени и имел 924 танка, из них 33 танка КВ и Т-34, остальные — БТ-7 и Т-26. В 7-м мк имелось 715 танков. В первом же бою у Черногостицы 28-й тп 14 тд, имевший на вооружении танки БТ и по прибытии на фронт доукомплектованный 5 танками КВ и 20 танками Т- 34, подавил 56 противотанковых орудий и уничтожил до полка пехоты противника. В бою 6 июля 1941 г. командир 27-го тп майор С.Романовский бросил танки БТ-7 в обход деревень Тепляки и Пана- риво, а более мощными танками Т-34 атаковал противника в лоб. Бой длился около часа и закончился полным разгромом немцев. Противник потерял 8 легких и 1 средний танк, а также несколько орудий. Потери полка составили 5 танков БТ, сгоревших вместе с экипажами.

В последующем, при переходе к обороне, Романовский действовал столь же грамотно: батальоны БТ были окопаны и встречали атакующего противника огнем с места из укрытий, а для проведения контратак привлекались танки КВ и Т-34. Всего за период боев с 30 июня по 20 июля 1941 г. 14-я тд уничтожила 122 танка, 11 бронеавтомобилей, 50 противотанковых и 36 полевых орудий противника.

Позднее, в конце июля 1941 г., танки БТ-7 приняли активное участие в боях под Ярцево в составе группы войск генерал-майора К.Рокоссовского, который в своих воспоминаниях писал об этом: «Хорошо показали себя танки БТ-7, пользуясь своей быстроходностью, они рассеивали и обращали в бегство неприятельскую пехоту. Однако много этих машин мы потеряли — они горели, как факелы».

Танки БТ вписали яркую строку в историю героической обороны Одессы. Если к началу обороны города в войсках Одесского оборонительного района танков не было вообще, то к концу обороны в составе Отдельной Приморской армии действовал уже целый танковый батальон, имевший на вооружении 35 танков различных типов — из них немалая доля приходилась на танки БТ-5 и БТ-7. Танковый парк Приморской армии пополнялся преимущественно за счет ремонтного фонда танковых соединений Южного фронта. Танки восстанавливались на заводе им.Январского восстания. Техническое руководство ремонтом машин осуществлял постоянный представитель бронетанкового отдела Приморской армии на заводе старший лейтенант Г.Пенежко (впоследствии — Герой Советского Союза).

Первый эшелон с ремфондом (12 танков БТ-7) поступил на завод со станции Раздельная в первых числах августа. Танки находились в весьма плачевном состоянии: на некоторых двигателях требовалось заменить поршневую группу, прокладки головок блоков, во всех коробках передач были сработаны шестерни первой и второй передач, электрооборудование машин требовало полной замены. За неимением технической документации на ремонт, восстановление недостающих частей производилось по академическим конспектам командиров. Для ремонта двигателя потребовалось большое количество поршневых колец, а в городе не только не нашлось таких деталей, но не оказалось и материала для их изготовления. После упорных поисков главный инженер завода П.Романов составил сплав чугуна с примесью никеля, марганца, кремния и фосфора, оказавшийся вполне пригодным для этой цели. К 6 августа были отремонтированы первые 6 танков БТ. По инициативе Пенежко в ходе ремонта машин их броневая защита лобовой части и бортов корпуса была усилена экранами из 30-мм корабельной стали, которая имелась на заводе им.Марти (решение об экранировании легких танков БТ-7 и Т-26 было принято по указанию НКО СССР еще в 1940 г., после анализа результатов проведения ряда опытных учений. Однако, в отношении танков БТ, эти работы заводом №183 так и не были доведены до конца). Экранирование машин оказалось вполне эффективной защитой от огня румынских батальонных орудий. К концу обороны города у части танков БТ-7 были экранированы и башни — листы полуметровой ширины устанавливались по обе стороны от маски пушки и придавали танку причудливо-устрашающий вид. При наварке экранированной брони на башню первого танка произошла деформация погона и башню заклинило. Из этой беды танкистов выручил старший мастер Зайчик, который предложил перед наваркой дополнительной брони распирать погон башни специальной крестовиной, что в последующем устранило данный дефект.

13 августа на завод были доставлены еще два эшелона с подбитыми танками: один с разъезда Мариново, второй — со станции Карпово. К 15 августа в Приморской армии было уже 10 исправных танков, и еще 10 готовились к выходу из ремонта. Всего за период обороны города было отремонтировано и поставлено в строй 42 танка (в это число входили и танки, поступавшие в ремонт по нескольку раз).

К 3 сентября 1941 г. количество отремонтированных танков позволило командованию Приморской армии сформировать танковый батальон, которым командовал старший лейтенант Н.Юдин.

Первая рота была укомплектована 10 танками БТ-7, вторая — БТ-5, а третья — бронированными тракторами СТЗ-НАТИ. В боях под Одессой танки БТ успешно боролись с противостоящими им немецкими танками Т-П и Т- III, а также трофейными чехословацкими 381 и даже французскими машинами, находившимися на вооружении осаждавшей город 4-й румынской армии. Наиболее частым тактическим приемом были танковые и танкокавалерийские засады, а при благоприятных условиях — и стремительные контратаки. Имели место и так называемые «психические» атаки. Так, 20 августа 6 танков БТ, приданные 25-й сд, участвовали в ночной атаке чапаевцев на Беляевку. Выйдя на рубеж атаки пехоты, все 6 машин включили фары и башенные прожектора и, заливая белым светом пространство на 400 м впереди себя, стреляя из пушек и пулеметов, с тревожным воем своих сирен устремились к переднему краю противника. Результат превзошел все ожидания: толпы румынских солдат сдавались в плен, подняв руки вверх. По окончании одесской эпопеи 14 исправных танков БТ были эвакуированы в Крым.

К осени 1941 года количество танков БТ-7 в танковых частях сильно сократилось. Несмотря на это, оставшиеся машины применялись в боях порой с не меньшей эффективностью, чем новейшие танки Т-34. Так, например, в 4-й (впоследствии 1-й гвардейской) тбр под командованием полковника М.Катукова они успешно использовались в танковых засадах при ведении оборонительных боев против превосходящих сил противника (впервые метод танковых засад применили танкисты 35 олтбр им. К.Калиновского, которая вела бои в тяжелых условиях в период «зимней войны» 1939-1940 гг.). 9 октября 1941 г., когда 4-я тбр отражала атаки 2-й немецкой танковой группы генерала Г.Гудериана на подступах к Мценску, часть танков БТ-7 роты лейтенанта Самохина была закопана в землю, другая находилась в укрытии в качестве резерва. Танковая дуэль длилась 4 часа и немцы были вынуждены отойти.

В ноябрьских боях под Москвой катуковцы столь же грамотно использовали имевшиеся танки БТ и в наступлении. Так, в бою за Скирманово 12 ноября 1941 г. бригада атаковала противника в трехэшелонном боевом порядке: в первом эшелоне шли танки КВ и Т-34, во втором — Т-34 и БТ, в третьем — КВ и БТ. Впереди шла боевая разведка. Первый эшелон действовал как боевой таран. Задача второго эшелона состояла в поддержке и охранении первого. Танки третьего эшелона составляли резерв. При этом танки второго эшелона использовались как самоходно- артиллерийские установки ввиду отсутствия последних в тот момент на вооружении РККА.

Танки БТ-7 приняли участие и в историческом параде на Красной площади 7 ноября 1941 г. На парад были привлечены 70 танков БТ-7 из состава 31-й и 33-й тбр, которыми командовали соответственно полковник А.Кравченко (впоследствии — генерал-полковник танковых войск, командующий б-й гвардейской танковой армией) и подполковник С.Гонтарев. С парада бригады направились на фронт: 31-я — на Западный (20-я армия), а 33-я — на Северо-Западный.

В конце ноября 1-я гв тбр поддерживала 316-ю сд генерала И.Панфилова, оборонявшуюся на Волоколамском направлении. Вот что пишет об этом сам М.Е.Катуков: «17 ноября они (немцы) бросили на правый фланг дивизии Панфилова 30 танков. Им удалось потеснить оборонявший этот район 1073-й сп и занять Голубцово, Ченцы, Шишкино, Лысцево. Панфилов приказал восстановить положение и выбить гитлеровцев прежде всего из Лысцево. Для выполнения задачи, поставленной генералом Панфиловым, Гусев (командир 1-го тб) сколотил небольшую группу под командованием старшего лейтенанта Лавриненко. В нее вошли три танка Т-34 и три БТ-7. Договорившись с командиром стрелкового полка о взаимодействии, старший лейтенант Лавриненко решил построить свою группу в два эшелона. В первом шли БТ-7 под командованием Заики, Пятачкова и Маликова. Во втором эшелоне — «тридцатьчетверки» Лавриненко, Томилина и Фролова. До Лысцево оставалось с полкилометра, когда Маликов заметил на опушке леса у села гитлеровские танки. Подсчитали — восемнадцать! Немецкие солдаты, толпившиеся до этого на опушке леса, побежали к своим машинам: они заметили наши танки, идущие в атаку. Началось сражение между шестью советскими танками и восемнадцатью немецкими. Продолжалось оно, как мы узнали потом, ровно восемь минут. Но чего стоили эти минуты! Немцы подожгли машины Заики и Пятачкова, подбили «тридцатьчетверки» Томилина и Фролова. Однако наши танкисты нанесли гитлеровцам еще больший урон. Семь фашистских машин горели на поле боя, охваченные пламенем и копотью. Остальные уклонились от дальнейшего боя и ушли вглубь леса. Напористость и меткий огонь советских танкистов внесли замешательство в ряды гитлеровцев, чем немедленно и воспользовались два наших уцелевших танка. Лавриненко, а за ним и Маликов на большой скорости ворвались в селение Лысцево. Вслед за ними туда вошли и наши пехотинцы».

В ходе общего контрнаступления РККА зимой 1941-1942 гг. танки БТ-7 действовали в составе ряда отдельных танковых бригад. Как правило, ими были укомплектованы вторые батальоны бригад. Так, действовавшая на Волховском фронте 16-я отбр полковника И.Цыбина имела в своем составе к концу февраля 1942 г. 17 танков БТ-7. В боях под Можайском отличились танкисты 18-й отбр полковника А. Дружинина, второй батальон которой также имел на вооружении танки БТ. Танки БТ-7 активно участвовали в боевых действиях на советско-германском фронте до лета 1942 г., в том числе в наступлении под Харьковом в мае 1942 г. Так, в частности, танками БТ был укомплектован один из трех танковых батальонов 168-й тбр 22-го тк. Бригада участвовала в оборонительных боях в начале июля 1942 г. в районе Россоши. Кроме того, танки БТ участвовалии в обороне Севастополя: к началу третьего штурма города танки БТ-7 имелись в составе 81-го и 125-го отб Севастопольского оборонительного района.

На Северо-Кавказском фронте осенью 1942 г. 5-я гв тбр, укомплектованная английскими машинами «Валентайн» и американскими «Стюарт», получила оставшиеся на ходу танки 44-го отб, в том числе и три танка БТ-7.

На Ленинградском фронте отдельные машины воевали вплоть до окончательного снятия блокады в январе 1944 г. Танки БТ-7 были первыми танками, переправившимися на захваченный советскими войсками плацдарм у Невской Дубровки. Ночью 30 сентября 1941 г. 6 танков БТ-7 в составе подразделений 10-й сбр форсировали реку Нева в районе поселка Отрадное. До тех пор, пока саперы не подготовили паромную переправу для танков Т-34 и КВ, танки БТ оставались единственным подвижным средством усиления пехоты на Невском пятачке. Танки БТ-7, имел на вооружении 48-й отб, участвовавший в декабрьских боях 1941 г. на Невской дубровке, 287-й отб майора А.Оскотского, действовавший с ноября 1941 г. и в течение всего 1942 г. на Ораниенбаумском плацдарме в составе Приморской оперативной группы, а также 51-й 86-й отб. Там же, на Ораниенбаумском плацдарме отдельные сохранившиеся танки БТ в составе 98-го отп приняли участие в общем наступлении Советской Армии в январе 1944 г.

Ремонт танков БТ в осажденном Ленинграде выполнялся на 27-м ремонтном заводе (начальник завода — инженер-полковник А.Хопров). Восстанавливая танки БТ, ремонтники завода ввиду отсутствия штатных двигателей М-17 устанавливали на танки дизель В-2. Необходимые детали системы питания топливом снимались с подбитых и не подлежащих восстановлению танков Т-34. Параллельно, за счет установки экранированной брони, усиливались башня, лобовая часть корпуса, а иногда и борта. Для экранировки машин использовались броневые листы с Ижорского завода.

На другом участке Ленинградского фронта — в Карелии также имелись танки БТ-7. В октябре-декабре 1941 г., в период пика топливного голода, часть танков БТ, действовавших в полосе 23 армии , была зарыта в землю для использования в качестве ДОТов.

Заключительной главой в почти пятнадцатилетней боевой биографии танков БТ стала Манчжурская стратегическая наступательная операция, в ходе которой в августе 1945 г. советские войска разгромили Квантунскую армию японцев и тем самым способствовали скорейшему завершению второй мировой войны.

На протяжении всей Великой Отечественной войны танки БТ находились в войсках Дальневосточного фронта, так как новая техника шла на советско-германский фронт. С весны 1945 г. началось качественное усиление танкового парка дальневосточной группировки Советской Армии. Прибывающими танками Т-34 укомплектовывались первые полки танковых дивизий и первые батальоны танковых бригад, остальные части и подразделения сохранили прежнюю технику.

Наиболее ярким для танков БТ событием в дальневосточной кампании 1945 г., стал переход советских танков через хребет Большой Хинган. На период боевых действий в состав 6-й гвардейской танковой армии были включены четыре отдельных танковых батальона, укомплектованных танками БТ. Три батальона имели на вооружении танки БТ-7, а четвертый — БТ-5. Действуя в составе передовых отрядов, высокоскоростные БТ обеспечили своевременный выход к хинганским перевалам и их захват. Приказом Верховного Главнокомандующего 70-му и 82-му отб было присвоено почетное наименование «Хин- ганские», а 33-й и 35-й отб Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20.08.1945 г. были награждены орденом Боевого Красного Знамени.

Принимал участие в боевых действиях и последний представитель отечественных колесно-гусеничных танков — опытный танк А-20. В ноябре 1941 г. при подходе немцев к п. Кубинка, где находился НИИБТ полигон ГАБТУ РККА, из машин, имевшихся на полигоне и не отправленных в тыл, был сформирован отдельный танковый батальон. Этот батальон входил в состав 22-й тбр. В одну из танковых рот, которой командовал лейтенант Семенов, был включен танк А-20. Бригада входила в подвижную группу подполковника Ермакова и вела бои в районе Павловской слободы. 1 декабря 1941 г. танк А-20 получил боевые повреждения, но спустя четыре дня вновь вступил в строй. Вместе с 22-й тбр до середины декабря А-20 поддерживал конницу генерала Л.М.Доватора, но вновь получил боевые повреждения и был эвакуирован в тыл для ремонта. На этом его следы теряются.

* * *

ИТАК, мы завершаем рассказ о танках БТ. Этим машинам была суждена довольно продолжительная и весьма славная судьба. Исключительно важную роль сыграли БТ и для нашего танкостроения. Сама модель Кристи была, несомненно, шагом вперед по сравнению с выпускавшимися, да и проектируемыми машинами. Освоение производства и работы по модернизации танков подготовили конструкторов и производсвенников к созданию и производству танков нового поколения. В истории танкостроения БТ останется как первый серийный танк, на котором был установлен дизельный двигатель, а также как первая машина, пусть и в экспериментальном исполнении, на которой было применено наклонное расположение брони — два важнейших качества, переданные «по наследству» легендарной «тридцатьчетверке».

В настоящее время известны пять сохранившихся танков БТ-7 — один находится в Москве в Центральном музее Российской Армии (передан из музея БТВТ п. Кубинка); второй, с разукомплектованными корпусом и башней обр. 1938 г. — на территории музея БТВТ, п. Кубинка; третий, частично некомплектный — в Чите; четвертый — восстановлен на родном заводе №183 в Харькове (ныне завод им. В.Малышева) и установлен перед сборочным цехом, в котором он изготавливался. Пятая машина была найдена недавно группой поисковиков в Белоруссии и в настоящее время восстанавливается энтузиастами и любителями отечественной бронетанковой техники.

При подготовке материалов по краткой истории создания и развития легких колесно-гусеничных танков серии БТ («АРМАДА» часть 1,2,3) были использованы материалы Российского Государственного военного архива, Центрального архива МО РФ, ГАБТУ МО РФ и Военной академии бронетанковых войск, а также:

  1. Наставление механизированных и моторизованных войск РККА. Танк БТ. Материальная часть, вооружение, уход. — М.: Издание УММ РККА, 1932. — 238 с.
  2. Наставление автобронетанковых сил РККА. Танк БТ-5. — М.: Отдел издательства НКО СССР, 1935. — 456 с.
  3. Танк БТ-7. Наставление автобронетанковых войск РККА. — М.: Госвоениздат НКО СССР, — М.: 1938. — 523 с.
  4. Танк БТ-7. Руководство службы. — М.: Воениздат НКО СССР, 1941. — 347 с.
  5. Альбом машин, не принятых на вооружение частей Красной Армии. Опытные образцы. Часть II. Танки, бронеавтомобили. — М.: Издание НИИБТ полигона ГАБТУ КА, 1941-1942.
  6. История танковых войск Советской Армии. Под общ. ред. проф. маршала бронетанковых войск О.А.Лосика. — М.: издание ВА БТВ, 1975. — 272 с.
  7. Строительство и боевое применение советских танковых войск в годы Великой Отечественной войны. — М.: Воениздат, 1979. —414 с.
  8. И.В.Павлов, М.В.Павлов. Советские танки и самоходно-артиллерийские установки (1939-1945 гг.).
  9. М.: «Арсенал-Пресс», 1996. — 120 с.
  10. И.Г.Желтов, М.В.Павлов. Танк-лаборатория. «Военный Парад», январь-февраль 1995 г., с. 98-100.
  11. Г.К.Жуков. Воспоминания и размышления. — М.: АПН, 1971.
  12. Халхин-Гол, 1939. — Сборник. Составитель Г.П.Солоницин. — М.: ДОСААФ, 1989.
  13. И.И.Федюнинский. На Востоке. — М.: Воениздат, 1985.
  14. Е.А.Горбунов. 20 августа 1939. — М.: «Молодая гвардия», 1986.
  15. В.С.Архипов. Время танковых атак. — М.: Воениздат, 1981.
  16. К.Н.Галицкий. Годы суровых испытаний: 1941-1944. — М.: «Наука», 1973.
  17. М.Е.Катуков. На острие главного удара. — М.: Воениздат, 1985.
  18. К.К.Рокоссовский. Солдатский долг. — М.: Воениздат, 1968.
Главная страница В начало


Для вас со скидками подготовка к огэ по русскому языку по привлекательной цене.