armor.kiev.ua / Tanks / WWII / T34 / tovictory
 

Т-34: путь к Победе

К. М. Слободин, В. Д. Листровой

(Т-34: путь к Победе : Воспоминания танкостроителей и танкистов / Сост. К. М. Слободин, В. Д. Листровой; Предисл. А. А. Епишева. — X.: Прапор, 1985. — 235 с.)

 
Ф. С. ГОРИДЬКО

Горидько Федор Семенович (1907—1983), инженер, металлург, контролер военного представительства, старший военпред завода. Член КПСС. Награжден орденом Красного Знамени, тремя орденами Красной Звезды, медалями. Воспоминания написаны специально для настоящего издания.

Ф. С. ГОРИДЬКО

Вклад военпредов

Летом 1940 года к нам на завод прибыл для ознакомления с танком Т-34 и его возможностями в полевых условиях начальник Главного автобронетанкового управления Красной Армии генерал-лейтенант танковых войск Яков Николаевич Федоренко. Все мы, конечно, очень волновались за исход предстоявших испытаний. Так уж повелось на нашем заводе, что представители заказчика — военпреды наряду с конструкторами, технологами и рабочими считали машину своим детищем, и искренне переживали за ее судьбу. Мы никогда не ограничивали свои задачи одним только формальным наблюдением за производством, но всеми силами старались помочь заводу в разрешении возникавших трудностей, которых, как известно, всегда хватает при создании новой техники, и стремились внести свой посильный вклад в совершенствование боевых и технических характеристик танка.

Для осуществления таких задач были у нас немалые возможности, поскольку военпреды имели соответствующее образование и необходимую подготовку, пользовались среди заводчан большим авторитетом.

...На полевой дороге, среди буйных трав и полевых цветов, еще не остывший от стремительного бега, стоит могучий красавец Т-34. Прислушиваюсь, о чем говорит Я. Н. Федоренко. Генерала интересует все: устройство танка, его компоновка, обслуживание, управление, условия работы экипажа на марше и в бою...

Солнце уже поднялось в зенит и палит нещадно. Все устали, по Я. II. Федоренко будто не замечает ни жары, ни усталости, и продолжает дотошно вникать во все тонкости. Машина ему явно нравится.

Наконец, поблагодарив всех за помощь и распорядившись с наступлением темноты пригнать танк на завод, генерал уехал.

Времени до сумерек оставалось достаточно, и я решил воспользоваться этим для выяснения давно мучившего меня вопроса.

Дело в том, что, как мне показалось, люк механика-води- теля недостаточно плотно прилегал к корпусу. Я опасался, что при обстреле из пулемета свинцовые брызги могут проникать в танк и ранить механика-водителя. Вместе с рабочими сняли фары, закрыли смотровые приборы, внутри танка — как раз за люком механика-водителя — установили лист фанеры и, поставив невдалеке два пулемета, открыли по танку огонь.

После нескольких минут обстрела подошли к машине. Лобовой лист пестрел множеством выбоин, краска на нем облупилась. Я спустился к месту водителя и ахнул: вся фанера была во вмятинах от свинцовых брызг.

На завод возвратились ночью. Сопровождаемый группой военных и заводских руководителей, подошел Я. Н. Федоренко. Кто-то возмущенно заговорил:

— Что сделали с танком! Кто позволил обстреливать машину?

Речь шла обо мне. Подойдя вплотную, генерал спросил:

— Ты действительно обстрелял танк?

— Да, товарищ генерал, в этом была крайняя необходимость. Разрешите?..

Я влез в машину, вынул лист фанеры и положил его на крыло танка. Долго все смотрели на это «вещественное доказательство» обнаруженного изъяна. Крыть, как говорится, было нечем.

— Ну что,— спросил Я. Н. Федоренко,— будем еще ругать военпреда?

Ответа не последовало.

В срочном порядке была изменена конструкция люка. Проведенные обстрелы показали, что дефект ликвидирован.

...Началась Великая Отечественная война. Завод эвакуировался на Урал. На новом месте возникло много проблем, наиболее сложной из которых была проблема качества металла. Местные печи не были приспособлены для выпуска броневой стали и пришлось разрабатывать новую технологию плавки. Местное сырье тоже требовало новой технологии. К тому же, некоторые из компонентов броневой стали вообще пришлось заменить другими, поскольку источники их получения оказались в руках фашистов.

Все это требовало не только от производственников, но и от военной приемки больших знаний, опыта.

Будучи старшим военпредом, я обратился в Главное автобронетанковое управление с просьбой прислать для работы в военном представительстве специалиста-металловеда. Вскоре к нам прибыл отозванный с фронта военный инженер-металлург Василий Северденко.

В прошлом рабочий-сталевар, Василий Петрович закончил Институт стали и незадолго до войны защитил кандидатскую диссертацию. Это был исключительно скромный человек и высокоэрудированный специалист.

Хорошо помню первую из многочисленных исследовательских работ, выполненных на нашем заводе В. П. Северденко.

В тот трудный период качество машин в немалой степени определялось качеством траков — звеньев танковой гусеницы. Траки же при ходовых испытаниях часто разрушались, и как ни бились заводские металлурги, установить причину этого явления не удавалось.

На второй же день по прибытии на завод В. П. Севердепко занялся этой проблемой. Двое суток не выходил он из сталелитейного цеха, шаг за шагом исследуя весь путь изготовления траков — от завалки шихты в печь до выхода готовой продукции. А затем, собрав цеховых специалистов и работников лаборатории, сообщил им о своих выводах.

Как это нередко бывает, все оказалось нроще простого: подвижный под закалочной печи был устроен таким образом, что часть траков застревала между его планками и попадала в ванну, потеряв необходимую для качественной закалки температуру. Именно эти траки быстро разрушались.

Пока переделывался подвижной под, у печи поставили дежурного термиста, который с помощью длинной кочерги сбрасывал в ванну застрявшие траки. Таким образом, с браком было покончено.

Большого труда стоило В. П. Севердеико наведение должного порядка в термическом цехе. Особо сложно было отработать режим закалки, цементации и всего комплекса термической обработки шестерен и добиться стабильности па этих ответственных технологических операциях. Василий Петрович все делал ненавязчиво, исподволь, умело сочетая пепре- клонную твердость в борьбе за качество боевой машины с уважительным, тактичным отношением к цеховым работникам. Авторитет его был непререкаем.

Неутомимый труженик, оказавший немалую помощь заводу и фронту, Василий Петрович Севердеико после войны защитил докторскую диссертацию, был избран академиком Академии наук БССР, возглавлял один из крупных академических институтов.

Таков был один из многих представителей военной приемки на заводе.

Нельзя не назвать и других моих товарищей, отдавших много лет жизни участию в создании первоклассных машин для нашей армии: руководителей военного представительства в разные годы Михаила Лукьяновича Лебедя, Александра Романовича Луценко, Дмитрия Михайловича Козырева, старших военпредов Ивана Паптелеймоновича Петрова, Павла Филипповича Русакова, военпредов Гавриила Андреевича Голованя, Анатолия Николаевича Лелякова, Николая Петровича Рыкова... Каждый из них внес свою лепту в общее дело.

Назад | Дальше

Содержание

Главная страница В начало