К 19 ноября

Материал из Бронетанковой Энциклопедии — armor.kiev.ua/wiki
Версия от 05:51, 20 декабря 2015; LostArtilleryMan (обсуждение | вклад) (LostArtilleryMan переименовал страницу ТУАЛЕТНАЯ БУМАГА в К 19 ноября поверх перенаправления и без оставления перенаправления: возврат)

(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Автор: Анатолий Сорокин

Расчёт наш боевой готов с врагом сразиться,
Вот развернулись мы и установок ждём.
Нас семеро парней, все при орудии эМ-тридцать,
Про тёмную ту ночь мы как Бернес поём.
Комбатр наш — он в науках дока,
Всё посчитает быстро, точно, в раз.
Нам скажут данные, затем у нас тревога,
Стреляем метко — и противник пас.
Заряд дан полный, десять километров,
Прицел две сотни, отражатель в ноль.
Проверен угломер на местности объектов —
Наводчик исполняет главнейшую в том роль.
К ведению огня назначена граната,
Взрыватель эР-Гэ-эМ на установке «О».
Без колпачка - фашистам очень надо
Осколков острых получить давно.
За пять минут короткая пристрелка,
Комбатр поправки точно рассчитал.
Затем огонь организуем беглый,
И где-то далеко фашист свои концы отдал.
От генерала шлют нам благодарность:
«Весьма неплохо, точная стрельба!»
Успехи наши — это не случайность,
А наша гордость — не пустая похвальба.
Внезапно нам даётся установка
«Прицел сто пять» и перед ней «заряд второй».
На фронте резко обострилась обстановка,
Пять километров до врага — вот коленкор какой.
Мы немцам снова нанесли потери,
Но очень борзо лезут сволочи в прорыв.
О помощи огнём к нам просьбы полетели —
Опять всё плохо и в душе надрыв.
Прицел на пятьдесят — два с половиной километра,
Тут дальнобойность больше не нужна.
Стрелять прямой наводкой — очень скверно;
Скажите только, чья здесь в том вина.
Что ж, гаубица вновь в бою как полковушка
Нам не впервой, но сколько ж нужно сил
В душе принять, что ты — судьбы игрушка
Из-за того, кто танки фрицев в тыл к нам пропустил.
Вести огонь в упор — конечно мы умеем,
Но дело до того нам доводить нельзя,
Ведь в шахматах войны по правилам не смеем
Одной ладьёй сражаться супротив ферзя.
Скомандован нам был снаряд кумулятивный,
заряд четвёртый, ну и на тридцать угломер —
Вот до чего ж в бою теперь момент противный —
Всё потому, что против танков мало полумер.
На барабане уж стои́т отметка «двадцать»;
Дистанция до цели — почти что километр.
Все шансы не попасть, но только надо нам стараться,
Чтобы издох скорей фашистский изувер.
Нам повезло, попали точно в башню,
Не с километра пусть, тут математика права!
Неплохо и с трёхсот — летят ошмётки прямо в пашню,
Сгорела вся вокруг высокая трава.
Да, танков уже нет, но ведь у нас опять потери,
Здесь, на войне — как на войне!
Заслон врагу последний — наша батарея,
Прорвёт — и хлынет дальше он как ливень по весне...
Пехота фрицев так на нас насела рьяно,
Что очень жутко всем тут стало нам самим —
Без страха лезть на смерть так можно только спьяну,
Но средства против есть и мы сейчас скотов угомоним.
Прицел на ноль, осколочной гранатой заряжаем;
Жаль, не предусмотрена к орудию картечь,
Сейчас и здесь судьбу свою решаем —
Мы победим или придётся нам в свою родную землю лечь.
Наш ранен командир, и под огнём залёг подносчик,
Их пули бьют об орудийный щит,
Сквозь панорамы крест оскал врага визирует наводчик,
Привычный слышен лязг — затвор опять закрыт!
Вот дёрнут шнур, тотчас раздался выстрел,
Разрыв гранаты всех фашистов перебил зараз.
Кто наглой рожей в грунт лежит, а кто и жадной пастью в небо —
Так выполнили мы Верховного приказ!
Бежит к нам медсестра — в расчёте главный ей столь дорог.
Скорей перевязать — нельзя его терять.
Тягач уже нас ждёт и гаубице скоро
Придётся вновь врага, как прежде истреблять.
****
Закончилась война, расчёт ушёл со службы,
эМ-тридцать навсегда поставлена в музей.
Но день есть в ноябре, когда по старой дружбе
Мы видим вместе с ней тех фронтовых друзей.